Loading…
 Главная  >  АКТУАЛЬНО  >  Ильдырым: Главное — не отступать ни перед чем, быть честным с самим собой

Ильдырым: Главное — не отступать ни перед чем, быть честным с самим собой

20.04.2019  /  

Увидев в фойе дома культуры г. Истры выставку картин с изображениями древнего и современного Дербента, его жителей, природы, ощутила внутреннее состояние художника, желавшего поделиться  с миром тем, что у него внутри, в его сердце.

Познакомившись с автором картин Ильдырымом Гасановым и пообщавшись с ним, узнала, что он также пробует себя в роли поэта и писателя и договорилась об интервью, которое вскоре и состоялось.

Человек, родившийся в теплый февральский дождь, вместе с криком которого заискрилось небо, рассказал о себе, своих исканиях, разочарованиях и обретениях, открывших ему глаза на себя и свое творчество.

— Ильдырым, расскажите, как Вы начинали свой творческий путь? С чего всё начиналось?

— Все началось 21 марта в дни праздника Новруз-байрамы. Как обычно мы, ребятишки, гуляли, собирали конфеты по домам вместе с братом, друзьями. И я случайно зашел в дом наших новых соседей. На их стене была такая восхитительная картина, которая полностью поглотила мое внимание. Она настолько отпечаталась во мне, что я задал сам себе вопрос: «А я так смогу?». Мне тогда было лет 9-10, может даже меньше.

После этого пришел домой, достал свои школьные карандаши, альбомный лист и начал рисовать. Получилось, скажем так, на детский лад. И я с этой работой пошел в школу. Во время урока рисования наш учитель, когда увидел эту зарисовку, сказал, что у меня есть фундамент, и мне стоит продолжать. Так получилось, что до того, как профессионально заняться живописью, я прежде просто проникся этим видом искусства с точки зрения эстетики. Позже, как оказалось, у меня к этому делу есть талант.

Потом я начал проходить первичные классы живописи. Но там скорее были не уроки мастерства, а история живописи, ее cтановление и развитие. Поскольку я человек, которому не терпится сразу браться за практику. Одним словом, я считал, что мне теория не нужна.

С раннего возраста стремился к самостоятельности, ни от кого не хотел зависеть

С раннего возраста стремился к самостоятельности, ни от кого не хотел зависеть. Устроился официантом в местное кафе, чтобы заработать на первые краски, на холст. Мне тогда было лет 14. У руководства ресторана были тогда еще из-за меня проблемы, что взяли такого маленького, хотя я там был всего лишь помощником официанта. Спустя какое-то время накопил деньги и купил себе все необходимое для того, чтобы рисовать. Причем покупал, не зная при этом ни названия красок, ничего. Я даже подходил к продавцу и спрашивал, как что называется.

Моя первая картина завоевала первое место на городском конкурсе

Так эпично начался мой творческий путь. Удивительно, но моя первая картина завоевала первое место на городском конкурсе. Она до сих пор у меня хранится, и многие профессиональные художники отмечают, будто ее рисовал не начинающий художник, а мастер, прошедший определенный этап обучения.

Тогда по-настоящему понял, что это мое, что это то самое, что доставляет мне огромное удовольствие. Я реально мог часами зависнуть над полотном и рисовать целый день, пока кто-нибудь из моих близких меня не отвлечет.

— Я так понимаю, что наставники, к которым Вы пришли чему-то научиться, поддержали вашу тягу к творчеству?

— Понимаете, была поддержка, но был и негатив. Я сталкивался со стеной непонимания еще со стороны своих друзей, родных, особенно в лице своих родителей. Мой отец мечтал сделать из меня великого спортсмена. Мама – одного из самых лучших экономистов города. И чтобы угодить и папе, и маме я с 12 лет пошел в секцию борьбы, бокса, при этом совмещал спортивные занятия с учебой.

И после окончания школы я поступил в Московский институт экономики, статистики, и информатики в 2005 году. Поступил, разумеется, не руководствуясь своей волей, а дабы угодить матери. Я занимался вещами, которые ненавидел, читал книги, которые терпеть не мог и даже не понимал их. Я человек творческий, и математика для меня еще со школьных времен является ахиллесовой пятой. Я не могу в уме даже элементарно сложить числа, для меня это сложно, не говоря уже о других невероятных математических действиях.

Но в институте были, помимо этого, и положительные вещи. Само собой в студенческие годы я встретил первую любовь. И, чтобы ей понравиться,  начал читать литературу, которой в школе в принципе не интересовался. Я даже сбегал с уроков литературы. Первая книга, которую я прочитал в то время от корочки до корочки, это А. Дюма «Королева Марго». И, Вы знаете, меня так увлек этот процесс. Даже не сама книга, не само произведение, а сам процесс чтения. И с того момента я буквально бросился читать всё подряд без остановки. Это были самые разные произведения в самых разных жанрах. Но только после булгаковского романа «Мастер и Маргарита» я понял, что пора бы взять паузу и самому попытаться что-то написать.

У меня накопилось много стихотворений разной тематики: от патриотических и до романтических.

Опять-таки меня сильно подталкивала мысль, как бы понравиться той самой девушке. Под влиянием этих же порывов я написал и свое первое стихотворение, и первым человеком, кому я это прочитал, была моя близкая подруга. Она сама много писала, участвовала в литературных конкурсах, поэтому её мнение было для меня было особенно важным.

Она глубоко оценила мое творение, хотя я был всего лишь в начале пути. После этого я уже начал писать много. У меня накопилось много стихотворений разной тематики: от патриотических и до романтических.

И это стало поворотным моментом в Вашем творчестве?

— Нет Далее в моей жизни последовала черная полоса — скончался мой отец. После произошедшего я невольно стал главой семьи, так как был старшим сыном в семье. Положение приняло, скажем так, ужасающий поворот. И именно в тот момент, наверное, я принял самый отчаянный шаг, решился на самый большой риск, который я вообще когда-либо предпринимал в своей жизни. Я поехал в Москву.

Безусловно, семья была шокирована моим решением. Мама говорила мне: «Где Москва, а где ты?». Денег всегда катастрофически не хватало, буду честен, моя семья никогда не жила в достатке. Не стесняюсь об этом говорить. Тот хлеб, который я зарабатывал и зарабатываю сейчас, это школа, которую я прошел в школьные и юношеские годы.

Сейчас я работаю в ресторанном бизнесе, являюсь профессиональным барменом. Сейчас это сложно представить, потому что поначалу, было очень тяжело. Я приехал в Москву в 2012 году накануне католического рождества. И первое, что меня буквально шокировало – это жестокий московский мороз. Представьте меня, оцепеневшего от холода и страха, а вокруг столичный бешеный ритм, бетонные джунгли. Схватился за голову и спросил себя: «Куда я попал? Кто я тут оказался? Что я тут вообще делаю?». Так я остался с Москвой один на один.

Имея гражданство РФ, высшее образование, военный билет, не мог даже грузчиком устроиться.

Представляете, приехал в столицу, почти совсем без денег. Понимал, какой это риск, но выбора особого не было. Надо было кормить семью. Уповал только на волю Всевышнего. В первые месяцы скитания по Москве однажды увидел, как один узбек у вокзала подметает снег. Холод меня пробирал до костей, так как был в своей легкой курточке, которая не могла меня уберечь от такого холода. Так вот этот узбек, помню, подошел ко мне, поздоровался со мной и первый вопрос, который он мне задал, был «Ты мусульманин?». Я ответил: «Да». «Чего здесь стоишь?». Отвечаю: «Некуда пойти». Он: «Видишь там подвал? Вот там я ночую. Пойдем со мной».

В том подвале я прожил три месяца. Три месяца спал на больших теплых трубах на одном боку, а днем скитался и искал работу. Тогда я был поражен тем, что я, имея гражданство РФ, высшее образование, военный билет, грубо говоря, полный пакет документов, не мог даже грузчиком устроиться.

Это, конечно, объяснялось тем непростым временем, когда лиц кавказской внешности воспринимали с особой опаской. Из-за терактов и происшествий. И со словом «дагестанец» ассоциировалась уже потенциальная угроза. Даже был такой период, когда оно являлось ругательным.

Рассказывал маме «сказки», что живу около Кремля, что из моих окон видна Красная площадь, хотя на самом деле у меня не было даже обеда и ужина

От такого положения я уже плакал. Вдобавок, деньги были на исходе, и моё положение с каждым днем становилось всё более катастрофическим. Помню, позвонил тогда маме, стыдился же своего положения, рассказывал ей «сказки», что живу около Кремля, что из моих окон видна Красная площадь, хотя на самом деле у меня не было даже обеда и ужина. Был только завтрак, пару булочек и все. Не хотелось ее волновать.

В те дни и месяцы, чтобы хорошо изучить Москву, ходил по ее улицам и совершенно случайно забрел на станцию «Электрозаводская», обратил внимание на красивую вывеску  ресторана азербайджанской кухни «Жемчужина», подумал: «Надо зайти, согреюсь и спрошу, нужны ли им работники». На мое счастье они как раз искали помощника официанта.

Ко мне подходит администратор и спрашивает: «Азербайджанец?». Я киваю. «Умеешь работать?». Честно говорю, что нет. Спрашивают: «А что умеешь?». Я выдаю, что умею рисовать и писать стихи. На что администратор, конечно, улыбнулся и сказал, что у меня хорошее чувство юмора и что я им подхожу. Хотя я не шутил.

За этим практически сразу последовал мой первый банкет. Представляете мое состояние? Я приехал из региона, где живут очень религиозные люди, и такие названия, как виски, ром мне доводилось слышать только в фильмах. И в тот момент, как назло, меня ставят именно за барную стойку, где меня быстро научили ориентироваться в мире алкогольных напитков.

Что меня простимулировало работать в этом месте потом помимо стабильного заработка? Не поверите, оскорбление. Один из клиентов оскорбительно  упрекнул меня в том, что не могу отличить ром от виски». Это был сильный пинок.  Меня это настолько задело, что в тот момент решил: «Я буду асом в барном деле, чтобы не слышать больше подобных оскорблений».

На свою первую зарплату купил телефон с доступом к интернету, начал изучать не только названия напитков и их отличия друг от друга, а происхождение тех или иных вин, любого алкоголя. Открыл для себя новый неизведанный мир, так необходимый в моей работе.

Вскоре стал барменом. За три месяца укрепил свое финансовое положение, помог семье, так и застрял в этом бизнесе. Все мечтаю вырваться из него, потому что чувствую, чахну, будучи творческим человеком.

— Живя в таком непростом ритме, у Вас хватало времени на занятия творчеством — живописью, поэзией?

— Работая в ресторане, я не заметил, как быстро моя жизнь дошла до той ноты, что захотел забросить все, забыть себя как творческую личность. С одной стороны, понимал, что ресторанный бизнес, который меня поглотил с головы до ног, меня и мою семью материально поддерживает, а, с другой, что не могу свободно жить и дышать без творчества.

Был непростой период в моей жизни – переоценка себя как творческой личности

Это был непростой период в моей жизни – переоценка себя как творческой личности. Я видел, с какими проблемами сталкивались люди, находящиеся в творческом поиске. Многие не выдерживали, забрасывали творчество, потому что оно не приносило им ничего, кроме убытков и потери времени.

Живопись, поэзия, классическая музыка уже не вызывают такого глобального интереса у народа. Люди не понимают и не ценят таких вещей теперь.  И вот под влиянием таких настроений, я тоже махнул рукой на себя и на свое творчество. И решил, что, наверное, это всё.

Но, будучи верующим человеком, после очередной молитвы, решил дать себе еще один шанс, уверенный в том, что я могу преодолевать в себе всякие соблазны современного мира, могу не одеваться по последней моде, могу не зарабатывать очень много денег, работая в баре, оставаться мусульманином и творческим человеком, что этому я никогда в себе не изменю.

На следующий день на мою электронную почту пришло предложение об участии в литературном конкурсе. Фонд РВАК, который возглавлял Шамиль Тагиев, проводил тематический конкурс, чтобы выявить талантливых юношей по литературе. Принял участие в конкурсе с явным скептицизмом.

И вот, мне приходит приглашение на очный тур. Пришел. Там было условие, что каждый его участник должен прочитать два своих стихотворения. Вышел, прочитал и увидел, как лица людей изменились. Понял, что удивил присутствовавших своими произведениями.

В тот момент у меня как будто открылись глаза, что я должен творить — писать и рисовать

Один из членов жюри конкурса, азербайджанский поэт Султан Мерзили  отметил: «В твоих стихах есть душа. Душа, которую растрепала жизнь». И мне присудили первое место. Тогда я вспомнил свою молитву и осознал, что это знак судьбы.

После конкурса как-то встретился с организатором выставки и в разговоре сообщил о своей мечте – авторской выставке картин. В тот момент у меня как будто открылись глаза, что я должен творить — писать и рисовать. Я вынул из себя прежнего Ильдырыма, заточенного где-то глубоко внутри и дал ему свободу творчества.

Решил, что сам себе должен быть своим спонсором. Мой успех – это мой успех, и моя неудача – это только мои неудача.

— Обратил внимание, с каким особым трепетом Вы относитесь к городу Дербенту в своих картинах. Нам известно, что Дербент – это не только город Вашего детства и юности. Это что-то большее, чем просто место, где Вы родились и жили. Что для Вас образ Дербента?

Дербент – мое вдохновение

— Дербент – мое вдохновение. Этот старинный город видел много эпох, видел взлеты и падения разных цивилизаций, и в каждом камне, который там есть, отпечатана история. Я немного по-другому смотрю на обычные для всех вещи. У меня взгляд иного человека. Глядя на какую-то древнюю стену, я чувствую, сколько она боли видела, сколько поражений, царей, императоров. Как будто немые стены со мной каждый раз ведут диалог, разговаривают. И этот рассказ открывает мне наготу их душ, то, что они пережили за последние 5000 лет.

Когда у меня что-то не получается, эскиз не поддаётся или просто теряется вдохновение, я закрываю глаза и представляю людей, которые возводили Дербентскую крепость. Они поднимались от самого моря до холма. По любому, кто-то думал, что они не смогут. Но они смогли. А значит, смогу и я. Это каждый раз двигает меня вперед.

Дербент также и генезис всего моего я, как творческого человека. Это фундамент моего творчества. Где бы я не был, кем бы я не стал, я никогда не забываю, что я сын Дербента. Но теперь у меня появился еще один вдохновитель и мотиватор – это дочь Эмма.

— Ваше жизненное кредо?

— Человек не должен брать на себя только одно направление. Считаю, что он должен быть многогранной личностью. Уверен, что желание быть многогранной личностью — удел тех, кто хочет быть просто личностью.

Иди, ставь цель, и на пути к ней ты поймешь, кто ты и что ты

Ты иди, ставь цель, и на пути к ней ты поймешь, кто ты и что ты. Ты поймешь, что твое, а что нет. Каждые твои попытки закрепляются за твоей спиной и следуют за тобой на протяжении всей жизни. Ты оборачиваешься назад и уже можешь смело сказать, что ты хорошо рисуешь, пишешь, делаешь классные коктейли. Понимаешь, что этого мало, что всё еще не твое — дальше стремишься.

Мой железный принцип – упертость во всех делах, настойчивость. Не нужно смотреть на то, какие трудности перед тобой стоят, какие преграды. Они будут всегда. Мнения, критика, негатив, проблемы, трудности – это всегда будет неотъемлемой частью нашей жизни. Только когда ты пройдешь их, ты поймешь, что ты личность и что ты чего-то стоишь.

По крайней мере ты сможешь сказать, что буквально заслужил ту мечту, которую когда-то нарисовал перед собой.  Главное — не отступать ни перед чем, быть честным с самим собой. Как мне говорил отец постоянно повторять себе слова: «Я могу. Я этого стою». Теперь это мой девиз по жизни.

Беседовала Татьяна АНТОНОВА

You might also like...

История создания памятника основателю национальной прессы

Read More →