Федеральная национально-культурная автономия азербайджанцев России
ФНКА азербайджанцев России создана 1 октября 1999 года

Гюльнара Мамедзаде: Поствыборный Азербайджан существенно не изменит приоритеты во внешней политике

  • 04/10/2013 --
  • Просмотров: 4647

299192726Интервью информационно-аналитического ресурса e-сenter.asia (Казахстан)  с гендиректором АМИ «Новости-Азербайджан», руководителем  Бакинского офиса Института Каспийского Сотрудничества Гюльнарой  Мамедзаде:

— Уважаемая Гюльнара ханум, вы возглавляете одно из ведущих информационных агентств в Азербайджане, как вы считаете, насколько хорошо наслышаны азербайджанцы о современном Казахстане, его достижениях и трудностях? Какую информационную картину имеют азербайджанцы о странах Центральной Азии?

— В ответе на этот вопрос важно дифференцировать подходы: есть предметное понимание значения современного Казахстана на уровне государственных структур, учитывая развитие межгосударственных связей между Азербайджаном и Казахстаном, а также в экспертно-аналитических и медийных кругах страны.

Но в целом в обществах наших стран существуют слабые взаимные представления. Подобная специфика  отношений характерна для всех постсоветских стран: мы, к сожалению,  были мало интересны друг другу на протяжении последних лет, и  наращивали интерес преимущественно к так называемому  дальнему  зарубежью, ну и, традиционно, кооперировались  в основном через Москву.

Но в последнее время, с подачи нового интеграционного проекта для Евразии, стал вновь проявляться взаимный интерес в обществах стран СНГ, и не только через призму России. Накапливаются оценки: чего достигли и что можем предложить друг другу на новом историческом этапе.

Оценивая в совокупности потенциал Казахстана, как и любой другой страны, сложно выдерживать критерии объективности. Тем не менее, именно Казахстан сегодня представляется безусловным лидером региона Центральной Азии.

В данном случае, я имею в виду не только экономический потенциал страны, но и тот цивилизационный уровень, на который вышел Казахстан и как позиционирует себя в мире, в чем немалая заслуга и президента РК Н. Назарбаева. В этом контексте я не стала бы выводить на уровень Казахстана  другие государства Центральной Азии.

На постсоветском пространстве, безусловно, есть страны-лидеры, в том числе регионального плана, но текущие процессы, включая проблематику и тенденции развития, во многом идентичны, невзирая на внутристрановую специфику.

— В свою очередь, отмечу, что в Казахстане мало знают об общественной жизни в Азербайджане и других странах Южного Кавказа. Вы полагаете, нужно ли нам усиливать информационный обмен?   

— В первой части вопроса наши мнения,  по сути,  совпали.  Что касается информационного обмена, безусловно, не только нужно, но  иначе и небезопасно  в условиях глобальной картины мира, развития информационных технологий, презентации новых глобальных проектов, но главное — сужения пространства влияния болевых точек, взаимосвязанности мировых и региональных процессов.

Наши общества должны быть максимально информированы.  Возможно, это не всегда и не везде отвечает интересам  правящих элит. Но  понятие «информационное общество»  приобретает глобальный характер, и  более разумно извлекать из этого процесса плюсы и вовлекаться в медийную интеграцию как полноценный участник.

Важно создавать и совершенствовать механизмы на этом направлении.  В этой связи хотела бы упомянуть опыт Клуба главных редакторов стран СНГ, Балтии и Грузии –активной транснациональной группы представителей медиасообщества. Этот Клуб оказался эффективным механизмом, в том числе, в налаживании информационного обмена между странами СНГ.

Мы можем и в двустороннем формате – Азербайджан и Казахстан, или в формате прикаспийских стран,  создать ряд интегрированных медиаресурсов. Возможно, Ассоциацию журналистов Центральной  Азии и Южного Кавказа, условно.  Проводить видеоконференции по актуальным темам, создавать интегрированные сайты, группы  интересов в соцсетях, пресс-туры. Современных ресурсов достаточно, главное – работать на этом направлении.

Вероятно,  некоторые тезисы преждевременны,  и возможны к исполнению в том случае,  если в той или иной стране не накладывается ограничений на информационные контакты.  Я не имею в виду интернет и социальные сети, хотя…

Вы, например, можете ссылаться на широкий информационный обмен в рамках региона Центральной Азии, ну, к примеру, с  Туркменистаном? Вряд ли. Но это тема другого разговора…

— Справедливы ли тезисы о том, что Россия «сверхдоминирует» в информационном пространстве стран СНГ и что большинство жителей постсоветского пространства смотрят на мир «российскими глазами»? 

Наверное, справедливы, но вряд ли это следует вменять в вину России, только потому, что эта страна превосходит масштабом и уровнем развития СМИ, как в профессиональном, так и в материально-техническом аспекте.  Да, есть и политическая мотивация, а у кого нет?

Тем  более, при разумных подходах, мы и сами можем использовать информационные возможности России и создаваемое РФ  медиапространство для продвижения своих интересов, что также имеет место. Кроме того, можно встретить интересные примеры, как некоторые российские СМИ смотрят на мир, к примеру, «армянскими глазами». А если чье-то присутствие в информационном пространстве, при настоящем уровне развития коммуникаций, минимизировано, то причины,  прежде всего, следует искать и в собственных недоработках.

Главное сегодня для наличия собственного «взгляда»  – активное присутствие в информационном поле, своевременная реакция, грамотный пиар, ну и расширение числа медиасоюзников.

— Скоро в Азербайджане состоятся важные для страны политические события — выборы главы государства. Как вы оцениваете шансы Ильхама Алиева и его политических оппонентов? Стоит ли ожидать сюрпризов и новые имена на политической арене Азербайджана?                          

Шансы действующего президента Азербайджана на предстоящих 9 октября выборах президента АР и его так называемых политических оппонентов абсолютно несоразмерны, то есть, победа Ильхама Алиева практически предопределена. Президентские выборы пройдут в достаточно благоприятном русле, хотя не исключаются незначительные всплески оппозиционной активности, как до, так и после выборов,  которые не способны существенно повлиять на процесс и итог выборов.

Условно можно предположить, что Ильхам Алиева наберет на этих выборах порядка 80-85% голосов. Кандидат в президенты АР от объединенного блока оппозиции  — Национального совета демократических сил  (НСДС) Джамиль Гасанлы наберет в лучшем случае порядка  5-6% голосов избирателей. Остальные проценты распределятся среди остальных  семи-восьми малозначимых кандидатов в соотношении примерно от  0,5 до 3%  условно.

Около 30 тысяч иностранных и местных наблюдателей зарегистрированы для мониторинга выборов президента Азербайджана. Из них 697 человек являются международными наблюдателями.  Здесь также следует ожидать в целом положительных отчетов наблюдательных миссий, в первую очередь, направленных по линии РФ и СНГ.

БДИПЧ ОБСЕ также не изменит своим декларируемым приоритетам и выставит отчет  с определенным набором претензий, которые вполне ожидаемы, но не являются серьезным компонентом беспокойства для властей Азербайджана.

Миссия наблюдателей от США на выборах представлена не будет, что является своего рода подтверждением благосклонной позиции Вашингтона к итогам избирательной кампании в АР с явно прогнозируемым результатом.

Правящая команда во главе с действующим президентом сверила приоритеты в предвыборный год практически со всеми ведущими геополитическими игроками, и вышла на выборы с определенной  уверенностью в наличии поддержки на всех  доминирующих уровнях.

Предпосылок для другого развития ситуации нет, так как непосредственно президент И. Алиев имеет абсолютно уверенные позиции, власть четко контролирует ситуацию в стране, да и в обществе в целом не наблюдается ни повышенного внимания к избирательному процессу, ни роста предвыборной активности, за исключением проявления фактора политических активистов в молодежной среде.

Что касается новых имен, то таковых в политическом пространстве Азербайджана пока почти нет. То есть, они уже появляются, но процесс их генерации еще не завершен.  Приход политиков нового поколения во многих постсоветских странах – это вопрос будущих 5-10 лет.

В том числе в Азербайджане, где и на этих выборах участвует преимущественно команда оппозиционеров, появившаяся на политическом поле страны в начале 90-х. Соответственно, эти лидеры, в силу объективных и субъективных факторов, уже не могут вписаться в новые политические реалии, предложить новые идеи и проекты. Вообще, в мире в целом уже меняется представление о политических партиях и их роли в развитии важных для общества процессов. Политические партии сегодня должны опираться также на ресурсы общественных организаций, медийных ресурсов.

Что касается возможных «сюрпризов» на предстоящих в АР выборах, то, можно сказать, что легкие сюрпризы, которые происходили, в том числе в оппозиционной среде, закончились еще на этапе предвыборного процесса. Это еще более укрепило настроения в обществе, связанные с неизменностью ситуации, а именно – победой действующей власти и неготовностью оппозиции выступать с реальными политическими проектами и претендовать на политическое лидерство.

Внешние игроки, возможно, за исключением Ирана, также воздержатся от влияния на процесс этих выборов, поскольку выбор, учитывая предваряющие его моменты, сделан: действующий президент Ильхам Алиев является гарантом стабильности в Азербайджане — одном из ключевых государств Южного Кавказа и Каспийского региона, где смыкаются интересы ряда ведущих геополитических акторов.

— Есть ли серьезные политические силы в Азербайджане, которые желают радикальных перемен и готовы ради своих целей пойти на дестабилизацию политической жизни в вашей стране? 

Подобные силы, или лица, или группы лиц сегодня есть в любой стране, в том числе в Азербайджане. И не только внутри страны, но и за пределами. Но вряд ли эти лица или группы в Азербайджане сегодня можно причислить к «серьезным» политическим силам, во всяком случае, до тех пор, пока извне им не помогут себя таковыми ощущать. Примеров много, технологии примерно известны, даже если они видоизменяются и модернизируются.

Гипотетически, может, некто и был бы готов к каким-то радикальным шагам, поскольку в обществе есть протестные группы, но кто позволит? В Азербайджане внутренняя ситуация четко контролируется. С подачи внешних сил на данном этапе подобные угрозы,  можно сказать, сняты. Предвидеть риски не мешает на одном — двух направлениях, но и их вероятность сейчас мизерна. Как уже было отмечено, руководству Азербайджана в предвыборный период удалось гармонизировать взаимные интересы практически со всеми ведущими партнерами, включая США, ЕС, РФ, даже Иран, не говоря уже о Турции.

Но мы не можем иметь подобные гарантии на долгосрочную перспективу, и никто их не имеет. Мировая повестка сейчас чрезмерно динамична, график приоритетов центров сил скользящий, поэтому абсолютно безмятежных позиций сегодня ни у кого быть не может.

Но есть неоригинальные, но верные рецепты: во избежание, или для минимизации нежелательных процессов правящим элитам важно своевременно реагировать,  когда в системе государственного управления есть проблемы, в обществе достигается потолок терпения, или нетерпения. Назрели перемены, но они не реализуются, или реализуются не так, как хотелось бы большинству. Тогда деструктивные группы могут обрести опорный фундамент, и стать реальной силой, на этапе кризисного слома совмещающей как чьи-то внутренние, так и внешние интересы.

— На ваш взгляд, поствыборный Азербайджан существенно изменит приоритеты во внутренней и внешней политике? Чего ожидать соседям, в том числе, Казахстану? 

— Вряд ли поствыборный Азербайджан существенно изменит приоритеты во внешней политике, поскольку в последние несколько лет закладывались фундаментальные тенденции, которые и получат продолжение в последующие лет 5, как минимум. Здесь речь идет, прежде всего, о реализации ряда энергетических и коммуникационных проектов регионального значения, в которых Азербайджан играет одну из ключевых ролей. Надо следить за их развитием, не исключая коррекцию таковых посредством внешних факторов непредвиденного характера.

То есть, Азербайджан и далее будет придерживаться сбалансированного курса во взаимоотношениях с ведущими мировыми игроками, в том числе поддерживать взаимовыгодное сотрудничество в рамках СНГ, наращивать свои позиции на международном уровне, опираясь на достигнутый за предыдущие годы потенциал.

Что касается вопросов внутренней политики, то в поствыборный период президент Азербайджана может  активизировать шаги в направлении внутренних реформ и обновления административно-командного аппарата. Это сложные, но совершенно назревшие вопросы для азербайджанского общества.

Что ожидать соседям? Азербайджан – достаточно стабильный и прогнозируемый партнер, особенно в тех форматах, которые работают во благо его интересов. За исключением, разумеется, Армении, в силу оккупации со стороны последней части азербайджанских территорий.

В отношениях между Азербайджаном и Казахстаном, если и будут наблюдаться изменения, то лишь в конструктивном плане. Важно отметить, что эти страны, безусловно, являются региональными лидерами, АР — Южного Кавказа, РК — Центральной Азии, а также взаимодействуют в формате прикаспийских стран, в СНГ, активно выступают за продвижение тюркской интеграции, нацелены на более эффективное сотрудничество в энергетической сфере, поддерживают важный политический диалог.

Очень важным представляется сотрудничество Астаны и Баку в каспийском формате. 2014 год подтолкнет к активизации работы по итогам принятого в рамках 3-го Каспийского саммита в Баку 18 ноября 2010 года «Соглашения о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море». Так как в ближайшей перспективе, в том числе учитывая события на Ближнем Востоке и вывод воинского контингента НАТО из Афганистана, вопрос формирования системы коллективной безопасности в Каспийском регионе может стать актуальным. Тем более, уже в среднесрочной перспективе возможна более напряженная конкуренция ведущих мировых игроков за экспортные маршруты в Каспийском регионе, и, как следствие, не исключается продвижение с последствиями третьих стран на Каспии, в регионах ЮК и ЦА.

Хотела бы также отметить значение подписанного между Азербайджаном и Казахстаном Меморандума о взаимопонимании по проекту строительства в Актау промышленного и логистического центра. Азербайджанская сторона будет инвестировать данный проект, который нацелен на расширение торгово-экономических связей между двумя странами, развитие транспортной инфраструктуры региона и увеличение международных грузоперевозок. Представляет интерес и совместный азербайджано-казахстанский проект по созданию Транскаспийской системы транспортировки нефти.  То есть, потенциал взаимных интересов Азербайджана и Казахстана достаточно высок, тем более, на перспективу. 

— Официальный Баку — серьезный игрок, как в энергетической стратегии Европы, так и в геополитике России. Стоит ли перед руководством Азербайджана так называемый «цивилизационный выбор» — долгосрочный стратегический ориентир для интегрирования в некое сообщество государств и набор культурных ценностей?

— Время для подобного выбора для Азербайджана еще не подошло. Баку за предыдущие годы выстроил эффективную и достаточно гибкую схему взаимных интересов практически со всеми мировыми игроками, где те или иные полюса могут доминировать лишь временно, либо доминировать иллюзорно, но в итоге Азербайджан еще не проиграл существенно ни одну из геополитических ситуаций. Карабахский процесс в этом контексте не рассматривается.

Позиции Азербайджана на международной арене укреплены, на основе дипломатической и энергетической стратегии, что позволяет Баку сегодня более или менее самостоятельно, а порой и ситуативно определять приоритетный геополитический вектор, а главное, время для включения в те или иные схемы. Или не включения?  Возможно, в перспективе лет пяти, когда в целом более внятно отформатируется мировая повестка, перед Азербайджаном также станет вопрос позиционирования относительно участия (или неучастия) в тех или иных глобальных интеграционных проектах, в зависимости от жизнеспособности и перспективности таковых. А пока Баку будет придерживаться уже обкатанной внешнеполитической модели, разумеется, если не вмешаются причины глобального порядка.

— Как вы оцениваете перспективы евразийской интеграции между Россией, Беларусью и Казахстаном? Не считаете ли вы, что официальная Астана несколько поспешила с решением принять участие в этом политико-экономическом объединении?

— На мой взгляд, этот глобальный проект, по идее, имеет шанс на перспективу, но многое зависит от стран инициаторов – России и Казахстана. Ведь данная идея была подана именно Назарбаевым, и далее была запущена в масштабную реализацию уже непосредственно Путиным. Поэтому, когда в Казахстане возникают сомнения относительно включения в ЕАС, это вызывает некоторое недоумение. Процессы такого глобального порядка не могут быть основаны на случайностях, и если такие страны, как Казахстан и Россия, выступают за интеграцию на новых условиях, значит, в этом есть некоторая историческая, и даже генетическая предопределенность. Не думаю, что здесь кто-то поспешил. Это был, в принципе, ожидаемый процесс. Надеюсь, 2015-й год покажет, выдержит ли «евразийская тройка» сопротивление оппонентов проекта, как внутри СНГ, так и за пределами.  

Есть ли вероятность того, что Азербайджан присоединится к этим процессам или все-таки будущее Азербайджана и Казахстана в набирающей силу тюркской интеграции? 

В планы Азербайджана это пока не входит, остальное покажет время. Анализируя внешнеполитические приоритеты Азербайджана и Казахстана, с учетом  углеводородного потенциала, очевидно, что тюркский вектор – лишь один из них.  То есть, будущее наших стран не только в тюркской интеграции, даже если этот процесс и развивается.

Последний саммит Совета сотрудничества тюркоязычных государств (ССТГ), который прошел в августе этого года в Баку, действительно обозначил движение на этом направлении.  Но основой тюркской интеграции в этом формате является, прежде всего, экономическое и культурное сотрудничество.

Азербайджан в период своего председательства в ССТГ, как ожидается, будет ориентирован преимущественно на реализацию экономических проектов в сфере транспорта и туризма, а также проектов сотрудничества в области культуры — в рамках «Фонда сохранения тюркского наследия и поддержки тюркской культуры».

Турция претендует на ведущие позиции в ССТГ, в силу превосходящего военно-политического и экономического потенциала. Но именно связка Казахстан-Азербайджан будет уравновешивать позиции стран в формате ССТГ, в первую очередь Турции, и работать на упрочение и расширение географии тюркской интеграции. В перспективе это может привлечь в состав ССТГ  и другие страны ЦА —  Узбекистан и Туркменистан.

Важным представляется сотрудничество стран ССТГ по линии железнодорожных проектов, таких, как «Баку-Тбилиси-Карс» (БТК), транспортного коридора «Центральная Азия-Кавказ», сообщения между портами. Азербайджан, как известно, строит на Каспии самый крупный, по предварительным оценкам, порт региона, что позволит увеличить грузопотоки по Каспийскому морю. 

— И напоследок, что бы вы хотели рассказать читателям нашего портала о современном динамичном Азербайджане, его великом народе, древней культуре и самобытных традициях? Какие события, связанные с Казахстаном, остались у вас в памяти?

— Отвечая на предыдущие вопросы,  я частично рассказала о современном, динамичном Азербайджане. В Азербайджане богатая культура, добрые традиции, в чем лучше убедиться, посетив страну. Нам надо продумать взаимные пресс-туры, позволяющие более предметно ознакомиться с культурой и традициями наших стран.

Я дважды была в Казахстане, меня поразила растущая самооценка казахов, патриотизм, что, несомненно, является результатом реального развития общества. И на этом фоне не теряется уважение к своей самобытной культуре, традициям, в том числе семейным традициям, что становится особо важной ценностью на фоне возведения в норму тех тенденций, которые еще недавно были вызовом в нормальном обществе

http://e-center.asia/ru/news/view?id=422

http://e-center.asia/ru/news/view?id=447